С единственной из женского батальона

Елена Яковлевна Ульянова в последнее время привыкла разговаривать с фотографиями. Снимки стоят в ряд на стареньком серванте, на них — самые близкие люди. Беседы эти вовсе не причуда весьма уважаемого возраста (25 июля ей исполнился 91 год), а настоятельная и по-человечески понятная необходимость.

Дорогие лица

Нехитрые хлопоты по дому быст­ро заканчиваются, да и справляться с каждым, даже малым, делом становится всё сложнее. Но просто так сидеть или лежать на диване она не хочет, заставляет себя взять в руки тряпочку и наводить лоск на мебель, иногда включить пылесос и пройтись с ним по комнатам или придумать другое занятие. А больше и делать почти нечего. Вот почему таким необходимым ритуалом стали беседы с фотоснимками.
Елена Яковлевна разговаривает с фотографией Саши, хотя он практически каждый день звонит из Красноярска и обо всём расспрашивает. Сын ещё в школе решил стать лётчиком и мечту воплотил в реальность — всю сознательную жизнь проработал в авиации.
Беседа с фотографией Тани может в любой момент прерваться. Вот поднимется дочь по лестнице на второй этаж, и материнский монолог превратится в весёлый диалог, в обед, в чаепитие.
А любимый Серёжа живёт, к величайшему сожалению, только в сердце и мыслях. Его большой портрет увеличили из маленькой армейской фотографии, где он такой красивый и молодой. А с мужем Елена Яковлевна вспоминает чаще всего о былых годах, о пройденных долгих путях-дорогах. И на вопрос, была ли жизнь счастливой, отвечает, что повторила бы всю до капельки.

Женские хитрости

Недавний командир гаубицы, высокий и жгучеглазый брюнет Сергей Ульянов в марте 1947 года демобилизовался в Ширинский район на рудник в Туиме и, конечно же, обратил на себя внимание многих девчат, в то время вовсе не избалованных большим количеством кавалеров. А привлечь его внимание можно было на танцах.
Основным оружием завоевания мужских сердец служили немудрящие платьица, порой перешитые из всех хранимых в сундуках довоенных материй, и ещё случайно увиденные на картинках причёски. Кудри завивали на плотно скрученные бумажки или на накалённые на печных плитах железные вилки. Верхней одеждой удивить окружающих было сложно, потому что основное одеяние — стёганая фуфайка и какой-нибудь тёмный на все случаи жизни платок.
На публике же надо было выделяться если не внешним обликом, то искусством танца, правда, в большинстве случаев в паре с подружкой. Словом, танцы оказались, пожалуй, единственным развлечением, когда можно было встретиться с ухажёром, а то и женихом.
— Я тебя выбрал одну из женского батальона, — так говорил своей Леночке Серёжа и никогда не заглядывался на других, потому что полюбил сразу и навсегда. И он был и остался единственным и неповторимым.

«Ульянов из Донбасса»

А ещё остались строчки.
Я скучаю
По Кузнецким отрогам,
хребтам,
По Июсу, Ипчулю скучаю,
По «Глафире»,
Саянским горам...
Ну, а больше всего негодую,
Что вот старость
подкралась и к нам.
Но не жаль,
мы геологами стали
И молодость нашу
отдали горам.

Это незамысловатое, зато очень искреннее стихотворение Елена Яковлевна прочла нам с хранителем музея Туимской средней школы Татьяной Лобачевой, когда мы пришли в гости. Разговор получился долгим. Тогда и прозвучала фраза, что Сергей Александрович не любил вспоминать о войне. Для меня это не новость: не один раз напрашивался на интервью и обязательно получал категорический отказ. Трудно представить, но прошло больше двадцати лет, когда беседа всё же состоялась.
Из давнишней встречи с Ульяновым больше всего запомнилось вот что. «А в Берлине мне сам Рокоссовский руку пожал». — «Это как?» Оказывается, в поверженной столице рейха играли в футбол с американцами и выиграли. За матчем следил знаменитый полководец и после каждого спортсмена отметил рукопожатием. Вот такой фронтовой эпизод. А Елена Яковлевна в ответ на воспоминание достаёт заветный альбом и, уверенно листая страницы, показывает снимки футбольной команды берлинского периода.
О боевых отметинах говорил крайне скупо. Хотя командир орудия 161-го гаубичного полка, воевавший в составе трёх украинских фронтов, кавалер ордена Славы и самой значимой солдатской медали «За отвагу», не менее ценной «За взятие Кёнигсберга» хранил в памяти гораздо больше событий. И уже в недавней беседе Татьяна с нескрываемой гордостью добавила: «Папа у нас на рейхстаге расписался «Ульянов из Донбасса».

Горняк и горнячка

Судьбы совершенно разными путями в Донбассе и Хакасии привели к одному, в широком смысле, горному делу. В шахтёрской Горловке, где вырос Сергей, для тысяч парней самым престижным и едва ли не единственным выбором была угольная штольня. Правда, война оставила парню только одну дорогу. 8 сентября 1941 года семнадцатилетний парень ушёл на фронт.
А Лена родилась на руднике Юлия в семье десятника: мастера, окончившего в своё время гимназию и горное училище. Яков Михайлович слыл «хорошо грамотным» человеком. Дочь запомнила, как он помогал жившим на квартире двум учительницам решать задачи по математике. В 1938 году семья переехала в Туим, такой же горняцкий посёлок, где девушка заканчивала школу.
Тыл диктовал свои жёсткие условия. В сорок втором Лена пошла в ГРП — геолого-разведочную партию. Часто приходилось спускаться в шахту, чтобы отбирать пробы. Сыро и холодно, почти всё делалось вручную, и было голодно.Частенько приходилось пилить дрова для электростанции с нормой пять кубометров на человека — это три машины полуторки! Кто из современных девиц справится?

По тропам, по дорогам

Ставшие мужем и женой, Ульяновы, полные сил и запала строить совместную жизнь, отправились в геологоразведку на Уленьское месторождение. Потом была разведка на молибден по ручью Ипчул. Довольно крупное месторождение недалеко от Беренжака, оно и сейчас в резерве. А в начале 1960-х, уже на новом месте, Елена Яковлевна стала неожиданно для себя председателем поселкового Совета.
Разведка на Ипчуле завершилась, и мужу предложили идти в поисковики по тайге под Ужуром. Тогда бы пришлось детей в интернат определить. Вот тут и вернулись в Туим. Елена Яковлевна работала в Туимском рудоуправлении в геологическом отделе. Уже в семидесятых, когда «Киялых-Узень» выдавал последние тонны руды и готовился к закрытию, пришлось стать и заведующей архивом, разбирать рудничные документы.
В школе Сергей Александрович появился в 1965 году, стал учителем физкультуры, хотя педагогического образования не было.
— Его тогда директор позвал. Помните? Жребилов Вася, — рассказала Елена Яковлевна. — Для нас хороший товарищ, с Серёжей дружил. Мы с ним ещё в Беренжаке познакомились. К 1965 году в Ширинском районе геологоразведка завершилась. Серёжа тогда очень расстроен был, не знал, чем заняться, где работать. А Вася ему — про спорт, что всегда Серёжа с молодёжью будет. Так и позвал в педагоги, и до самой пенсии оставался он учителем физкультуры.
А потом нужно было привыкать к пенсионному режиму. Выручила любовь к природе. Заколесили супруги с удочками на своём «Урале» по всей округе, по озёрам и рекам. Почти как в молодости. Полюбили бродить по окрестным лесам и логам. С соседскими мужиками особо не посидеть, признаётся Елена Яковлевна, потому что муж не пил и не курил, мата от него не слышала, а пьяниц не то что не любил — презирал.
Умер Сергей Александрович 4 марта 2010 года. Помнится, я хотел поздравить его любимых женщин с праздником, а в ответ — печальная новость. Он, конечно, болел, но в его голосе никогда не было уныния, командирский баритон звучал уверенно.
Ему очень понравилась теория рукопожатий. В разговоре о Рокоссовском я сказал, что через руку Ульянова и мне довелось коснуться маршала и ещё тысяч и тысяч солдат. Ведь крепким рукопожатием здороваются только настоящие друзья. В долгой жизни Ульяновых их было много.

 

Еще из этой рубрики:

Загрузка...
Новости Абакана и Хакасии



 
Статья прочитана 5 раз(a).
 
Еще из этой рубрики:
События Хакасии
На нашем сайте можно узнать последния новости в Хакасии и Абакане сегодня: криминал, происшествия, видео новости 2015. Все новости республики Хакасия. онлайн у нас на сайте 19 инфо
Архивы
Наша статистика
Яндекс.Метрика
Читать нас
Связаться с нами
75, за 0,243